Как в МЦР ведется работа по принципам ICF

Друзья, 21 сентября наш научный руководитель выступил на церемонии официального открытия МЦР с интересной речью, отрывки из которой мы будем публиковать здесь, продолжая нашу традиционную рубрику «Секреты успешной реабилитации от Юлия Трегера». 

Сейчас в сфере реабилитации во многих странах, в том числе в России, стала популяна ICF - Международная Классификация функционирования, ограничений жизнедеятельности и здоровья (International Classification of Functioning, Disability and Health). Работать с ней интересно и эффективно, но непросто. Мы внедрили ее у себя в центре, о чем  Юлий Трегер в своем выступлении рассказал подробнее:
«Что значит работать по принципам ICF? Это значит – «разобрать» пациента по трем уровням  проблем, с которыми ему сегодня приходится жить хуже, чем он жил до травмы или болезни.

1-й уровень – нарушения структуры. На этом уровне нам не так важны слова пациента: «Я перенес инсульт», как  важно понять – что же конкретно с ним произошло? У человека снижена сила мышц в руке и в ноге, нарушен объем движений, увеличен тонус и т.д. Вот эти факты нас интересуют. С нарушениями структуры работает вся команда, задействуются аппараты, подбираются упражнения, чтоб пациент укреплял мышцы и увеличивал объем движений.

2-й уровень  – это уровень активности. Наша жизнь состоит из сотен тысяч активностей, которые мы умеем делать. Но если с нами что-то случается, мы вдруг перестаем это уметь. К примеру, тот же пациент вследствие нарушения структуры раньше умел поднять стакан воды и попить, мог пройти значительное расстояние, а теперь не может, потому что у него слабость мышц в руке и ноге. Нам важно проанализировать – какие активности у больного нарушены, и создать программу, помогающую ему снова научиться делать то, что он умел раньше. Например, в некоторых случаях, когда это целесообразно, мы побуждаем и обучаем пациента держать стакан и пить при помощи парализованной руки. В других случаях учим его делать это при помощи второй здоровой руки.

3-й уровень – участие. Понятно, что больной, например, не может пить, потому что рука парализована. Вопрос в том: пил ли он раньше при помощи этой руки или его поили? Я здесь, конечно, утрирую. Но если ранее его участие в жизни состояло лишь в том, что он утром вставал и смотрел подряд все программы по телевизору, то что мы должны ему реабилитировать, чтобы после инсульта он смог снова сесть и продолжать это делать?  На уровне участия – ничего. А если это человек, который раньше работал по 16 часов в день, что вовсе не полезно, а теперь он не в состоянии это делать, то мы можем помочь ему найти интересное посильное занятие или хобби. Чтоб он, к примеру, был дома, сажал цветы и получал от этого удовольствие. И не важно, чем он начнет заниматься. Важно, чтоб он после курса реабилитации в нашем центре вернулся к привычному активному участию в жизни, которое этому человеку необходимо для  ощущения внутреннего комфорта.

То есть мы в этом центре «раскладываем» пациента по 3-м уровням: анализируем нарушения структуры, активности и самое главное – участия в жизни. И смотрим: чем мы можем помочь? Как мы можем его вернуть к полноценной жизни в тех сферах, в которых он жил, хотел и любил жить? И возвращаем. Либо помогаем поменять ему сферы и найти для себя что-то новое, приносящее радость».


Поделиться в соц. сетях: